«... приводящее в озноб, разоблачение мясоедения - глобального убийства»
Джульет Геллатли и Тони Уордл

ВВЕДЕНИЕ
1. ГЛАЗАМИ СВИНЬИ
2. КУРИЦА И ЯЙЦО
3. ЖИЗНЬ ДЛИНОЙ В ШЕСТЬ НЕДЕЛЬ
4. КОНЕЦ ПУТИ
5. НАУКА, САДИЗМ И СПАСЕНИЕ
6. МОЛОЧНЫЙ БАР - ТЕХНОЛОГИЯ ОБМАНА
7. СКАЗКА МОРЯ
8. СВОБОДА ПОДЛИННАЯ И МНИМАЯ
9. ТРАНСПОРТ ОТЧАЯНИЯ
10. МЯСО И СМЕРТЬ
11. ПО ЯБЛОКУ В ДЕНЬ
12. НАШЕ «ОБЕЗЬЯНЬЕ ПРОШЛОЕ»
13. РАЗВИВАТЬСЯ, ЧТОБЫ УМЕРЕТЬ
14. ДЕЛО ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ
15. ПОЛИТИЧЕСКИЕ УБЕЖДЕНИЯ
16. ДЕЛО ИДЕТ К КОНЦУ...
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

В 1984 году по всей Британии люди выходили на улицы. Они были решительно настроены, переполнены страстностью и гневом, и эта акция отозвалась в сердцах миллионов. Впервые с незапамятных времен заголовки газет каждый день в течение нескольких месяцев были посвящены улучшению жизни животных. Несомненно, что причиной подобной демонстрации послужила транспортировка живых животных в Европу. Овец привозили на кратковременный откорм во Францию или Испанию, чтобы затем убить и продавать их мясо с ярлычком «произведено в данной стране». Туда же приводили телят в возрасте нескольких дней, чтобы поместить их в одиночные клетки, а через несколько месяцев убить и продать в виде телятины. Непрерывная кампания привела к тому, что владельцы компаний по паромным перевозкам (Р энд 0 Ферриз, Стена Силинк и Британи Ферриз) отказались от экспорта живых животных с целью их убийства, а уличные демонстрации были направлены на то, чтобы не допустить к этому бизнесу другие оппортунистические компании. Их хитрые торговцы пьггались найти любой выход, чтобы воздухом или морем, под покровом темноты или на рассвете вывезти свой хрупкий груз. Но всюду, куда бы они не кинулись, в любое время суток их встречали люди, становились у них на пути, ложились на дороги, взывали к их совести, чтобы не допустить подобной торговли, чтобы в каждой комнате, в каждом доме по всей стране людям стадо известно об этом.

Те, кто собрались вместе для гневного протеста, не поддаются какому-либо стереотипу. Среди них были женщины средних лет, представительницы среднего класса, которые никогда раньше в своей жизни не протестовали против чего-либо публично, молодые женщины в вызывающей одежде и с колечками в ноздрях, пожилые граждане и молодые люди в куртках военного образца с собаками на поводке. Их всех объединяло чувство гнева, вызванное тем, что живым существам отказано в самом существенном - в простом сострадании. Это сообщество людей бросило вызов 16-илетней философии Британского правительства, которое провозгласило, что общества как такового не существует, есть только отдельные личности, которое подменило заботу и внимание жадностью и выгодой, узаконило эксплуатацию и заявило, что только свободный рынок решит все мировые проблемы а, между тем, большинство этих проблем и были созданы свободным рынком.

В течение многих лет этим преданным своей идее людям говорили, что им должно быть на все наплевать, но теперь они кричали так громко, как могли, что им есть до этого дело. Их действия не только бросили вызов цинизму правительства, они сделали нечто гораздо более существенное - они заставили многих прежде самодовольных людей осознать сложные взаимоотношения между мясомолочной промышленностью и тем, что мы ставим на наш обеденный стол.

После интервью, которое я давала для телевизионной программы ВВС "Деньги" в то время, когда начались демонстрации протеста, один телеоператор спросил меня, что плохого в том, чтобы пить молоко. Как и миллионы других людей, он полагал, что коровы дают молоко естественным путем, как и курицы несут яйца. Он был явно ошарашен, когда я объяснила, что, как и женщины, коровы должны забеременеть перед тем, как у них начинается лактация, и для того, чтобы мы пили молоко, у них отнимают телят.

Этот оператор не был исключением. Большинству населения не хватало - и все еще не хватает - даже самых элементарных знаний о том, откуда берется их еда, при каких обстоятельствах производится и каково ее влияние на окружающую среду и обнищание нашего мира. Но освещение в печати событий, связанных с экспортом живого скота, начало, как мне кажется, процесс расследования, который необратим - это начало путешествия, полного открытий.

Нам приходится надеяться, что это путешествие будет недолгим, потому что невозможно больше выносить эту анархию и хаос питания, в основе которого мясная диета и которое в буквальном смысле истребляет нашу землю. Вегетарианство - это не какое-то старое понятие, придуманное хиппи в состоянии нирваны после употребления наркотика, это идея, которая витает в воздухе уже сотни и даже тысячи лет. Фактически вегетарианство лежит в основе каждой великой философии и религии, и то, что когда-то возникло как постулат морали, сейчас приобрело пугающе убедительное научное обоснование.

Животноводство находится в основе почти каждой катастрофы в окружающей среде, которая происходит на Земле, от кислотных дождей до глобального потепления, от распространения пустынь по гибели лесов. Эрозия почвы, уничтожение естественной среды обитания, истощение водных запасов - все это причудливо вплетено в ткань зависимости от мяса. А тем временем, две трети океанов в мире содрогаются, находясь на краю, в преддверии экологической катастрофы, почти целиком вызванной торговым рыболовством.

Запад создал культуру потребления мяса, которая достигает зенита в США, но также распространилась по Европе, а сейчас заразила фактически всю планету. Это диета, которая требует того, чтобы почти 40% урожая зерновых культур в мире скармливались животным, превращая 10 килограммов растительного белка в только один килограмм мяса, что приносит очень малый эффект. При этом способе питания используется в четыре с половиной раза больше земли, чем необходимо для строго растительного питания и в два с четвертью раза больше, чем для вегетарианской диеты. Поскольку мы полностью контролируем экономики развивающихся стран, мы требуем, чтобы они производили корм для скота, чтобы мы кормили наших животных, в то время как их дети умирают от голода. Мясо тесно связано с голодом и голодной смертью. С помощью удушающей хватки Международного Банка и Международного Валютного Фонда мы навязываем и нашу философию, и нашу экономику культурам наций, которые существовали столетия, и мы узакониваем жадность и разрушение.

Возможно, существовало бы хоть какое-нибудь оправдание всему этому, если бы мясо было существенной частью нашего питания, необходимой для нашего развития. Но все обстоит как раз наоборот. Как ни трудно нам признать это, мы принадлежим к классу приматов и связаны родством с большими обезьянами. Как и у них, наши зубы, пальцы на руках и ногах, внутренние органы и процессы пищеварения предназначены для того, чтобы есть фрукты, мы травоядные и устроены так, чтобы питаться орехами, семенами и растениями.

В действительности, быстрое увеличение потребления мяса со времени Второй мировой войны серьезно повредило нашему здоровью. Несмотря на все зловещие предостережения, касающиеся, вегетарианства, вегетарианцы живут дольше и меньше подвержены целому ряду заболеваний. Подтверждение этому можно найти в любом серьезном исследовании. На Западе главная причина смертей - сердечные болезни, а для вегетарианцев опасность умереть от сердечного заболевания уменьшается на 50%. Второй по распространенности убийца - рак, а у вегетарианцев на 50 % меньше риска заболеть каким-либо онкологическим заболеванием. Два из основных элементов, которые, как обнаружено недавно, сохраняют человеку здоровье, - диетическое волокно и анти-оксиданты - не входят в состав мяса.

А тем временем свиней держат на привязи в голых стойлах, где они настолько лишены какого-либо стимула для существования, что часто сходят с ума. Телят, которым всего несколько дней от роду, разлучают с матерями, переводят в клетки, где едва можно двигаться и нарочно доводят до малокровия в их одиночном заключении. Кур, которые по своей природе являются беспокойными и надменными созданиями, набивают по пять штук в проволочную клетку, по размеру чуть больше микроволновой печи. Кульминация всего этого - варварское убийство, жестокость которого как бы мимоходом распространяется в невиданном масштабе - для проведения исследований живым овцам пробивают позвоночники домашними отвертками; парализованных бычков заставляют вставать, подводя к их яичкам ток с напряжениям 70.000 вольт; живым барашкам перерезают глотки, чтобы сделать все поскорее, не теряя времени. В целом в Великобритании каждый день на производственном конвейере, несущем разрушение и несчастье, убивают 750 миллионов животных. Привычное безразличие к страданиям живых существ ожесточает тех, кто этим занимается и тех, кто позволяет это делать. Этим зачеркиваются все наши притязания на цивилизованность.

Я пишу эту книгу, зная, что меня будут обвинять в антропоморфизме, но такое обвинение будет слишком легковесным и неточным. Я признаю, что действительно обожаю животных и живую природу. Меня восхищает, как удивительно природа умеет приспосабливаться, особенно это касается животных, которые достигли совершенства в своей сфере жизни. Для меня совершенно очевидно, что их жизни так же важны для них, как наши жизни для нас.

Мы сами себя обманываем, думая, что наши знания безграничны, притворяясь, что достигли вершин понимания благодаря своему суперинтеллекту, но истина значительно более прозаична и гораздо менее удовлетворяет нашему самолюбию. Земля существует почти пять миллиардов лет. В течение этого времени возникали и развивались различные формы жизни. Все это чрезвычайное явление пронизано одной общей нитью, а именно способностью отдельных видов существовать в своей среде, быть ее частью и зависеть от нее. С точки зрения эволюции человеческие существа живут на земле не дольше, чем длится световая вспышка. Но мы уже начали разрывать и разрушать отдельные нити, из которых и состоит тонкая паутинка нашего существования.

Современные западные учения, политические и религиозные, ставят нас выше и вне законов, по которым живут все другие животные, как будто эти законы не применимы к нам, как будто мы сами не животные. Как один из видов живых существ, мы взглянули на мир и заявили, что ничто не имеет значения, кроме нас самих, все красоты мира существуют для того, чтобы их эксплуатировать, а если их нельзя как-нибудь использовать, то они не имеют никакого значения. Мы разрушаем, не думая о долговременном эффекте таких действий, но даже когда мы знаем об этом, мы продолжаем разрушать, потому что сегодня гораздо важнее, чем завтра. Нас судят по сегодняшним достижениям, сегодняшним похвальбам, сегодняшним прибылям.

Как следствие этого, правительства смотрят на проблемы, окружающие нас, и замирают в бездействии. Они обязаны знать, что единственный действенный путь к излечению - это подход к жизни, основанный на заботе и сотрудничестве, на сохранении, а не на потреблении, на реальном образовании, а не случайной сдаче экзаменов. Но правительства ничего не могут сделать, потому что такая философия угрожает духу системы, которая дает им власть, богатство и влияние. Нам говорят, что та самая система, которая привела нашу планету к опасной грани, за которой полное разрушение окружающей среды, и есть та философия, которая спасет нас.

В результате любое намечающееся соглашение по охране окружающей среды, касается ли оно заготовки и транспортировки леса или ограничения рыбной ловли немедленно игнорируется из-за стремления к наживе. Когда дело доходит до выбора между сохранением и разрушением, если при этом затрагиваются интересы многонациональных корпораций, то выбирается последнее. Мы знаем, например, что курение - самая распространенная привычка, которая убивает людей, но которую можно избежать, но при этом каждая центральная улица пестрит рекламой сигарет, и мы даже распространяем - ту отравляющую рекламу в развивающиеся страны. Мы знаем, что вегетарианское питание гораздо полезнее для здоровья, чем мясное питание, но, тем не менее, именно фермеры, занимающиеся разведением и выращиванием крупного рогатого скота, получают больше всего субсидий от правительств. Мы знаем, что бедность губит людей, но пропасть между бедными и богатыми становится все шире. Знания и понимание перестали, быть указателями на пути в будущее, они стали незначительная препятствиями, которые нужно обойти в погоне за прибылью.

В качестве одного из видов живых существ мы поставили себя в роль судей на земном шаре. Это было поступком такой ошеломительной самонадеянности - мы в этой роли узурпировали власть богов и создали чудовищный дисбаланс в природе. Мы убиваем сов, ястребов, ворон и сорок, чтобы вырастить больше куропаток и фазанов. Потом мы убиваем их, стреляя в них свинцовыми пулями, разрывающими их плоть - и называем это спортом. Мы уничтожаем кроликов, как хищники, а потом проклинаем лис, которые питаются кроликами, чтобы жить. Потом мы охотимся на лис. Мы пускаем газ в норы бобров, потому что они могут быть разносчиками туберкулеза; мы ставим ловушки на грачей, потому что нам не нравятся их привычки; устраиваем охоту на зайцев с собаками ради развлечения; делаем все, что хотим с мышами и крысами; стреляем в голубей и убиваем их десятками тысяч. Мы решаем, каких животных будем есть и лишаем их всего; мы определяем, на каких животных навесить ярлык "хищники" и пытаемся их уничтожить; другим мы предоставляем тепло нашего дома. По всей планете мы преследуем китов и убываем их гарпунами. Мы убиваем дельфинов и тюленей, потому что они осмеливаются есть рыбу. Вряд ли существует такой вид живых существ, который мы не начинаем уничтожать, если сталкиваются наши интересы.

С помощью селекции, манипуляций с генами и вмешательств в систему питания мы также производим животных, предназначенных для съедения и неспособных существовать без нашего вмешательства. С расширением промышленного фермерства усиливается медицинское вмешательство в виде применения антибиотиков и других сильнодействующих лекарств. Наряду с этим возрастает сопротивление по отношению к лекарствам, жизненно важным для выживания животных. Мы производим животных со слабой жизнеспособностью, и в то же время уничтожаем естественную генетическую основу их появления.

Играя так бесцеремонно с судьбой других животных, мы подвергаем риску самих себя. Кажется, что мы неспособны понять, что каждое живое существо должно играть свою роль для сохранения великолепной ткани нашего мира. Ни одно из животных, которых мы убиваем, даже те, кого мы наделяем клеймом "хищник", не представляют никакой угрозы для выживания нашей планеты. Это не они угрожают ее существованию, а мы.

Единственная наша надежда состоит в том, чтобы фундаментально переосмыслить нашу роль и наше отношение к нашей планете и живым существам, которые живут на ней рядом с нами. Когда теленка прокалывают железным штырем и тащат на бойню, смертельно напуганного, с широко раскрытыми глазами, чувствующего запах крови и смерти, это позор для всех нас. Когда ему пробивают голову, сострадание не существует. Когда рука живодера хватает ягненка за морду, чтобы не дать ему блеять, и режет ему горло ножом, сострадания нет. А там, где нет сострадания, остается очень мало надежды для кого-либо из нас.

Каким может быть первый шаг? Вегетарианство - это один из немногих индивидуальных поступков, которые вы можете совершить и который окажет немедленное воздействие. Это первый шаг на пути к тому, чтобы покончить с ежедневной жестокостью, которой подвергаются животные на фермах. Это первый шаг на пути к самоисцелению нашей планеты. Но этот поступок имеет и более широкое значение. Это политический акт и ясно выраженная вера в то, что можно все делать по-другому и жить в другом мире- лучшем мире.

Один за другим мы заставляем замолчать голоса, которые звучат из нашего ковчега, плывущего в космическом пространстве. Насколько нам известно, наш ковчег, может быть единственный во вселенной. Те голоса, которые еще можно услышать, включая человеческие голоса, звучат все с большим напряжением и мукой. Если не произойдет коренных изменений в том, как мы живем, наш ковчег замолчит навсегда.